Неточные совпадения
Уж восемь робертов сыграли
Герои виста; восемь раз
Они места переменяли;
И чай несут. Люблю я час
Определять обедом, чаем
И ужином. Мы время знаем
В деревне без больших
сует:
Желудок — верный наш брегет;
И кстати я замечу
в скобках,
Что речь веду
в моих строфах
Я столь же часто о пирах,
О разных кушаньях и пробках,
Как ты, божественный Омир,
Ты, тридцати веков кумир!
Условий света свергнув бремя,
Как он, отстав от
суеты,
С ним подружился я
в то время.
Мне нравились его черты,
Мечтам невольная преданность,
Неподражательная странность
И резкий, охлажденный ум.
Я был озлоблен, он угрюм;
Страстей игру мы знали оба;
Томила жизнь обоих нас;
В обоих сердца жар угас;
Обоих ожидала злоба
Слепой Фортуны и людей
На самом утре наших дней.
Вставая с первыми лучами,
Теперь она
в поля спешит
И, умиленными очами
Их озирая, говорит:
«Простите, мирные долины,
И вы, знакомых гор вершины,
И вы, знакомые леса;
Прости, небесная краса,
Прости, веселая природа;
Меняю милый, тихий свет
На шум блистательных
сует…
Прости ж и ты, моя свобода!
Куда, зачем стремлюся я?
Что мне сулит судьба моя...
Например, затеявши какое-нибудь благотворительное общество для бедных и пожертвовавши значительные суммы, мы тотчас
в ознаменование такого похвального поступка задаем обед всем первым сановникам города, разумеется, на половину всех пожертвованных сумм; на остальные нанимается тут же для комитета великолепная квартира, с отоплением и сторожами, а затем и остается всей суммы для бедных пять рублей с полтиною, да и тут
в распределении этой суммы еще не все члены согласны между собою, и всякий
сует какую-нибудь свою куму.
— Да что ж пенька? Помилуйте, я вас прошу совсем о другом, а вы мне пеньку
суете! Пенька пенькою,
в другой раз приеду, заберу и пеньку. Так как же, Настасья Петровна?
А теперь вижу, что и это
суета, и
в этом немного толку.
Кулак вынул из-за пазухи пук засаленных ассигнаций. Костанжогло прехладнокровно взял их и, не считая,
сунул в задний карман своего сюртука.
Вдруг
в один день, подходя к окну обычным порядком, с трубкой и чашкой
в руках, заметил он во дворе движенье и некоторую
суету.
Он даже успел
сунуть неприметно
в руку; дело, впрочем, было ясное и законное, и, во всяком случае, тут помощь ближе была. Раздавленного подняли и понесли; нашлись помощники. Дом Козеля был шагах
в тридцати. Раскольников шел сзади, осторожно поддерживал голову и показывал дорогу.
Она так на него и накинулась, посадила его за стол подле себя по левую руку (по правую села Амалия Ивановна) и, несмотря на беспрерывную
суету и хлопоты о том, чтобы правильно разносилось кушанье и всем доставалось, несмотря на мучительный кашель, который поминутно прерывал и душил ее и, кажется, особенно укоренился
в эти последние два дня, беспрерывно обращалась к Раскольникову и полушепотом спешила излить перед ним все накопившиеся
в ней чувства и все справедливое негодование свое на неудавшиеся поминки; причем негодование сменялось часто самым веселым, самым неудержимым смехом над собравшимися гостями, но преимущественно над самою хозяйкой.
— Ишь лохмотьев каких набрал и спит с ними, ровно с кладом… — И Настасья закатилась своим болезненно-нервическим смехом. Мигом
сунул он все под шинель и пристально впился
в нее глазами. Хоть и очень мало мог он
в ту минуту вполне толково сообразить, но чувствовал, что с человеком не так обращаться будут, когда придут его брать. «Но… полиция?»
Раскольников протеснился, по возможности, и увидал, наконец, предмет всей этой
суеты и любопытства. На земле лежал только что раздавленный лошадьми человек, без чувств, по-видимому, очень худо одетый, но
в «благородном» платье, весь
в крови. С лица, с головы текла кровь; лицо было все избито, ободрано, исковеркано. Видно было, что раздавили не на шутку.
Кошелек был очень туго набит; Раскольников
сунул его
в карман не осматривая, кресты сбросил старухе на грудь и, захватив на этот раз и топор, бросился обратно
в спальню.
Он подумал,
сунул револьвер
в карман, взял шляпу и вышел.
Так, стало быть, и
в кармане тоже должна быть кровь, потому что я еще мокрый кошелек тогда
в карман
сунул!» Мигом выворотил он карман, и — так и есть — на подкладке кармана есть следы, пятна!
Но
в ту минуту, как он стоял у перил и все еще бессмысленно и злобно смотрел вслед удалявшейся коляске, потирая спину, вдруг он почувствовал, что кто-то
сует ему
в руки деньги.
Глубокий, страшный кашель прервал ее слова. Она отхаркнулась
в платок и
сунула его напоказ священнику, с болью придерживая другой рукою грудь. Платок был весь
в крови…
Затем,
сунув деньги
в карман, он хотел было переменить на себе платье, но, посмотрев
в окно и прислушавшись к грозе и дождю, махнул рукой, взял шляпу и вышел, не заперев квартиры.
Вы что-то не весёлы стали;
Скажите, отчего? Приезд не
в пору мой?
Уж Софье Павловне какой
Не приключилось ли печали?
У вас
в лице,
в движеньях
суета.
Репетилов, Загорецкий, Князь и Княгиня с шестью дочерями, немного погодя Хлёстова спускается с парадной лестницы, Молчалин ведет ее под руку. Лакеи
в суетах.
Ему представлялись даже знакомые лица и мины их при разных обрядах, их заботливость и
суета. Дайте им какое хотите щекотливое сватовство, какую хотите торжественную свадьбу или именины — справят по всем правилам, без малейшего упущения. Кого где посадить, что и как подать, кому с кем ехать
в церемонии, примету ли соблюсти — во всем этом никто никогда не делал ни малейшей ошибки
в Обломовке.
«Какая тут возня! — думал Обломов, вглядываясь
в эту
суету и вслушиваясь
в мелкий шум природы, — а снаружи так все тихо, покойно!..»
Но он жестоко разочаровался
в первый же день своей службы. С приездом начальника начиналась беготня,
суета, все смущались, все сбивали друг друга с ног, иные обдергивались, опасаясь, что они не довольно хороши как есть, чтоб показаться начальнику.
А что касается веника, досок, двух кирпичей, днища бочки и двух полен, которые он держит у себя
в комнате, так ему без них
в хозяйстве обойтись нельзя, а почему — он не объяснял; далее, что пыль и пауки ему не мешают и, словом, что он не
сует носа к ним
в кухню, следовательно, не желает, чтоб и его трогали.
Суета света касалась ее слегка, и она спешила
в свой уголок сбыть с души какое-нибудь тяжелое, непривычное впечатление, и снова уходила то
в мелкие заботы домашней жизни, по целым дням не покидала детской, несла обязанности матери-няньки, то погружалась с Андреем
в чтение,
в толки о «серьезном и скучном», или читали поэтов, поговаривали о поездке
в Италию.
— Да не тебе ли
в руки отдал, как вы переезжали? А ты куда-то
сунул в узел да спрашиваешь еще…
И тут настала каторга
Корёжскому крестьянину —
До нитки разорил!
А драл… как сам Шалашников!
Да тот был прост; накинется
Со всей воинской силою,
Подумаешь: убьет!
А деньги
сунь, отвалится,
Ни дать ни взять раздувшийся
В собачьем ухе клещ.
У немца — хватка мертвая:
Пока не пустит по миру,
Не отойдя сосет!
(
Сует кулаком и бьет каблуком
в пол.
— Ну, так и быть! — сказал я
в сильном нетерпении, с досадой
сунул стихи под подушку и побежал примеривать московское платье.
Некоторые улыбнулись. Левин покраснел, поспешно
сунул под сукно руку и положил направо, так как шар был
в правой руке. Положив, он вспомнил, что надо было засунуть и левую руку, и засунул ее, но уже поздно, и, еще более сконфузившись, поскорее ушел
в самые задние ряды.
— Пошел, пошел! — сказал он кучеру, высунувшись
в окно, и, достав из кармана трехрублевую бумажку,
сунул ее оглянувшемуся кучеру. Рука извозчика ощупала что-то у фонаря, послышался свист кнута, и карета быстро покатилась по ровному шоссе.
Вронский взял письмо и записку брата. Это было то самое, что он ожидал, — письмо от матери с упреками за то, что он не приезжал, и записка от брата,
в которой говорилось, что нужно переговорить. Вронский знал, что это всё о том же. «Что им за делo!» подумал Вронский и, смяв письма,
сунул их между пуговиц сюртука, чтобы внимательно прочесть дорогой.
В сенях избы ему встретились два офицера: один их, а другой другого полка.
Помощник швейцара, незнакомый Анне молодой малый, только что отворил ей дверь, как она уже вошла
в нее и, вынув из муфты трехрублевую бумажку, поспешно
сунула ему
в руку.
— Напрасно ж ты уважал меня
в этом случае, — возразил с унылою улыбкою Павел Петрович. — Я начинаю думать, что Базаров был прав, когда упрекал меня
в аристократизме. Нет, милый брат, полно нам ломаться и думать о свете: мы люди уже старые и смирные; пора нам отложить
в сторону всякую
суету. Именно, как ты говоришь, станем исполнять наш долг; и посмотри, мы еще и счастье получим
в придачу.
— С прохожим мещанином сбежала, — произнес он с жестокой улыбкой. Девочка потупилась; ребенок проснулся и закричал; девочка подошла к люльке. — На, дай ему, — проговорил Бирюк,
сунув ей
в руку запачканный рожок. — Вот и его бросила, — продолжал он вполголоса, указывая на ребенка. Он подошел к двери, остановился и обернулся.
Чертопханов внезапно
сунул ей пистолет
в руку и присел на землю.
— Пестрая мы нация, Клим Иванович, чудаковатая нация, — продолжал Дронов, помолчав, потише, задумчивее, сняв шапку с колена, положил ее на стол и, задев лампу, едва не опрокинул ее. — Удивительные люди водятся у нас, и много их, и всем некуда себя
сунуть.
В революцию? Вот прошумела она, усмехнулась, да — и нет ее. Ты скажешь — будет! Не спорю. По всем видимостям — будет. Но мужичок очень напугал. Организаторов революции частью истребили, частью — припрятали
в каторгу, а многие — сами спрятались.
Запрокинув голову, он вылил вино
в рот, облил подбородок, грудь,
сунул стакан на столик и, развязывая галстук, продолжал...
Протирая пальцами глаза, он пошел
в двери налево, Самгин
сунул ему бумаги Туробоева, он мельком, воспаленными глазами взглянул
в лицо Самгина, на бумаги и молча скрылся вместе с Морозовым за дверями.
Подняв воротник пальто,
сунув руки
в карманы, Клим шагал по беззвучному снегу не спеша, взвешивая впечатления вечера.
А Диомидов был явно ненормален. Самгина окончательно убедила
в этом странная сцена: уходя от Лидии, столяр и бутафор надевал свое старенькое пальто, он уже
сунул левую руку
в рукав, но не мог найти правого рукава и, улыбаясь, боролся с пальто, встряхивал его. Клим решил помочь ему.
«Разумеется, он должен быть здесь», — вяло подумал Самгин о Кутузове, чувствуя необходимость разгрузить себя, рассказать о том, что видел на площади. Он расстегнул пальто, зачем-то снял очки и,
сунув их
в карман, начал громко выкрикивать...
Играя ножницами, он прищемил палец, ножницы отшвырнул, а палец
сунул в рот, пососал, потом осмотрел его и спрятал
в карман жилета, как спрятал бы карандаш. И снова вздохнул...
— Оторвана? — повторил Иноков, сел на стул и,
сунув шляпу
в колени себе, провел ладонью по лицу. — Ну вот, я так и думал, что тут случилась какая-то ерунда. Иначе, конечно, вы не стали бы читать. Стихи у вас?
Два дня прошли
в хлопотах, лишенных той растерянности и бестолковой
суеты, которые Клим наблюдал при похоронах
в России.
По коридору шел Дронов
в расстегнутом пальто,
сунув шапку
в карман, размахивая руками.
Сидя на скамье, Самгин пытался снять ботики, они как будто примерзли к ботинкам, а пальцы ног нестерпимо ломило. За его усилиями наблюдал, улыбаясь ласково, старичок
в желтой рубахе.
Сунув большие пальцы рук за [пояс], кавказский ремень с серебряным набором, он стоял по-солдатски, «пятки — вместе, носки — врозь», весь гладенький, ласковый, с аккуратно подстриженной серой бородкой, остроносый, быстроглазый.
Рука, взвешенная
в воздухе, устала, он
сунул ее
в карман и сел у стола.
«Уже решила», — подумал Самгин. Ему не нравилось лицо дома, не нравились слишком светлые комнаты, возмущала Марина. И уже совсем плохо почувствовал он себя, когда прибежал, наклоня голову, точно бык, большой человек
в теплом пиджаке, подпоясанном широким ремнем,
в валенках, облепленный с головы до ног перьями и сенной трухой. Он схватил руки Марины,
сунул в ее ладони лохматую голову и, целуя ладони ее, замычал.
Нагнулся и
сунул штык, точно ухват
в печку,
в тело Дьякона; старик опрокинулся, палка упала к ногам штатского, — он стоял и выдергивал штык.